Выступление члена Комитета Государственной Думы по международным делам А. Ю. Морозова на пленарном заседании 25 января 2017 г.

Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые коллеги! Фракция ЛДПР поддержит ратификацию данного соглашения. Мы считаем, что на данном историческом этапе созданы условия, когда российский и турецкий народы могут преодолеть многовековые разногласия, случавшиеся в нашей истории, и вместе реализовывать крупные экономические, политические проекты, и для этого, конечно, «Турецкий поток» имеет важное значение. Мощность двух ниток — 31,5 миллиарда кубометров газа, и это существенная помощь Турции, которая нуждается в дополнительных поставках энергоресурсов, а также существенное увеличение доли России на газовом рынке Европы, особенно балканских государств, которые планируют приобретение российского газа через Турцию.

ЛДПР в конце ноября прошлого года осуществила уникальную дипломатическую миссию: мы были в Турции, общались с турецкими политиками, Владимир Вольфович Жириновский встречался с Президентом Турции Эрдоганом. Есть понимание, что у турецких политиков возрос интерес к России и есть политическая воля к выстраиванию взаимовыгодных отношений: Турции уже надоело быть на второстепенных ролях в регионе и исполнять волю США и Евросоюза, быть сдерживающим фактором для потока мигрантов, который был искусственно сформирован на Ближнем Востоке, и её стремление к самостоятельной политике вызывает стремление к добрососедским и взаимовыгодным отношениям с Россией, поэтому исторический поворот Турции в сторону России, на север, о чём говорил председатель нашей партии Владимир Вольфович Жириновский, должен состояться в ближайшее время, по нашим оценкам.

«Турецкий поток» создаёт существенное преимущество для России в сравнении с первоначальным «Южным потоком»: он будет более дешёвым, увеличивает долю России в энергобалансе Европы и, главное, снижает транзитную зависимость от Украины — при этом, по оценкам экспертов, Украина может потерять порядка 700 миллионов долларов от снижения транзита российского газа, — а к 2020 году «Турецкий поток» может позволить России вообще отказаться от транзита газа через Украину. Как представляется, это может принудить Украину к пересмотру подходов к взаимоотношениям с Россией…

Вместе с тем мы осознаём определённые экономические и политические риски, связанные с реализацией «Турецкого потока», в их числе определённая низкая платёжеспособность турецких контрагентов в отличие от тех партнёров по «Южному потоку», которые планировались, и порой довольно жёсткие методы турецкой стороны по отстаиванию своих интересов — это проявилось в национализации компании «Akfel Holding», в которой «Газпром» имел свою долю. Хочется верить, что по «Турецкому потоку» будет более конструктивный разговор и такие жёсткие методы не будут применяться в отношении российских компаний.

Ну и конечно, продуктивность нашего сотрудничества с Турцией определяется сирийской проблематикой. В наших двусторонних отношениях наблюдается рост понимания по ситуации в Сирийской Арабской Республике, вместе с тем остаётся ряд важных моментов, которые вызывают разногласия, — это курдский вопрос, судьба Башара Асада и поддержка Анкарой определённых радикальных группировок в Сирии. Турция — единственная страна на Ближнем Востоке, которая является членом НАТО, и она обладает самой крупной армией в альянсе после США, соответственно, любые экономические проекты, которые будут способствовать развитию наших двусторонних отношений, важны с точки зрения и борьбы в Сирии с международным терроризмом и окончательной ликвидации влияния террористических организаций.

Реализация «Турецкого потока», как нам представляется, важна и в свете снятия санкций с Ирана и увеличения инвестиций в обновление энергодобывающего комплекса этой страны: Тегеран стремится создать инфраструктуру для транспортировки сжиженного природного газа в Европу, и это несёт определённые экономические конкурентные риски для России, поэтому, естественно, нам необходимо планомерно наращивать присутствие на европейском газовом рынке.

На заседании комитета мы подробно рассмотрели текст самого соглашения, которое мы сегодня ратифицируем. Я поднимал вопрос в отношении персонала, российских специалистов, которые будут командированы в Турцию, — понятно, что проект довольно внушительный и будет много российских специалистов. В соглашении не прописаны определённые дополнительные меры безопасности в отношении наших специалистов, поскольку в Турции имеется существенная террористическая угроза, соответственно, могут быть провокации в отношении наших специалистов, — мы надеемся, что в ходе реализации этого проекта посредством дополнительных договорённостей будут приняты необходимые меры безопасности для наших специалистов, чтобы избежать возможных провокаций.

Спасибо за внимание.

Share on FacebookTweet about this on TwitterShare on VKShare on Google+Pin on Pinterest

Комментарии закрыты